Железняк Федор Петрович
Сыщик – его профессия и судьба
Неумолимо быстро несет свои воды река времени, оставляя позади себя бурные перекаты и тихие омутки жизни. Из всех вещей время менее всего принадлежит нам, и всего более нам недостает его. Время – корабль, никогда не бросающий якоря. И течет река времени, оставляя нам воспоминания – тот единственный рай, из которого мы не можем быть изгнаны.
За свою долгую жизнь есть что вспомнить бывшему майору милиции Федору Петровичу Железняку. Его, крестьянского паренька, в 1942 году ждала передовая. Им пройдены тысячи километров фронтовых дорог. Войну молодой связист артполка Федор Железняк окончил в Праге, а из армии демобилизовался пятью годами позже. Сменив шинель на гражданскую одежду, Фёдор Петрович некоторое время трудился слесарем на подмосковном заводе, а затем по воле судьбы оказался в далеком от столицы Кузбассе. Несколько лет трудился на Прокопьевской шахте «Северный Маганак».
- Работящий ты парень, Федор, - сказал как-то ему начальник смены и тут же спросил: - Любишь свою работу?
-Она не красна девица, чтобы ее любить. Отец учил меня работать, а не просто любить работу - ответил шахтер.
- Смышленый ты, одиноко. Ну, да может это и к лучшему. Там смекалка тебе пригодится.
- Где это там? - спросил Федор.
- Где... где. Вот завтра с утра ступай в горком партии, там и узнаешь.
Утром следующего дня Железняка и еще пятерых молодых коммунистов-шахтеров принял первый секретарь горкома. Он доходчиво поведал им о положении с преступностью в городе и предложил ребятам пойти на службу в милицию. Предложение оказалось полной неожиданностью и требовало времени на раздумье, которого секретарь отпустил аж... до завтра.
Уже дома, подсчитывая семейный бюджет, Федор Петрович решил от предложения отказаться, как никак шахтерская зарплата не чета милицейской. Оклад милиционера в 56 рублей радужных надежд не сулил.
- Знаешь, Федя, соглашайся, - сказала тогда его жена Зоя Егоровна. – Не в деньгах же счастье, в самом деле. Коль уж так распорядилась судьба, то и нечего раздумывать.
И вот 1 июня 1954 года в 3-м отделении милиции Прокопьевска появился новый сотрудник — оперуполномоченный уголовного розыска Федор Железняк. Здесь за пять лет службы он, под неослабным вниманием со стороны начальника отделение Евгения Ивановича Карпова, стал опытным сыщиком.
В 1960 году в Мариинском городском отделе милиции сложилась крайне неблагоприятная обстановка с раскрываемостью преступлений, что ни в коей мере не удовлетворяло руководство областной милиции. Назрело решение укрепить мариинскую милицию опытными кадрами. Начальником милиции назначили Василия Александровича Парахневича, а начальником уголовного розыска - Федора Петровича Железняка.
Нового начальника Угро здесь встретили поначалу недоверчиво: «Что сумеет сделать чужак? Ведь не семи же он пядей во лбу». Но уже вскоре опера изменили первое мнение о начальнике. Железняк в полной мере оправдывал свою фамилию: хватка его была железной, и преступный мир ее сразу же почувствовал.
Самые теплые слова высказывает Федор Петрович в адрес тех со-трутников милиции, с которыми начал работу на новом месте службы и с которыми затем трудился плечом к плечу долгие годы. Это оперуполномоченные уголовного розыска А. П. Мартынов, Г. И. Бородовский, И.С. Булгин, Д. Балалайкин, С.И. Титовец, В.Г. Брыков, Н.С. Хромов; участковые уполномоченные: А.И. Курочкин, Н.Ф. Харитонов, Г.П. Свиридов, И.Т. Сычев…
В те годы, - вспоминает Федор Петрович, - наш горотдел имел лишь один автомобиль да семь лошадок, не было средств связи, оперативной и криминалистической техники. Люди работали на износ, но никто не «скулил». К примеру, участковый Сычёв порой по неделе не показывался дома. Обслуживаемый им участок протянулся от Второй Пристани и до Пихтовки, считай, половина нынешнего Мариинского района. Но участковый на своем безотказном средстве передвижения, коне «Орлике», всегда был там, где требовалась его помощь. К чести Ивана Тарасовича, не имевшего и среднего образования, ему удавалось раскрывать такие преступления, что и опытные сыщики одобрительно качали головами.
И сыщики, и участковые работали в тесном контакте друг с другом и с общественностью, что давало обычно положительные результаты. Ребята видели, как радовались люди, когда милиционеры возвращали им пропавших детей, украденные вещи и ценности, задерживали опасных преступников.
В 1962 году Мариинский отдел милиции из отстающих вышел в раз-ряд лучших отделов милиции области и был награждён переходящим знаменем облисполкома. Раскрываемость преступлений в тот год составила 98,7 процента, да и другие показатели работы были не хуже. В этом же году Ф П. Железняка назначают на должность заместителя начальника милиции, в которой он проработал четыре года. И кто знает, возможно, опытный сыщик поднялся бы еще на одну ступеньку должностной лесенки, не случись 16 сентября 1966 года "громкое" преступление, взбудоражившее не только население Мариинского района, но и выплеснувшееся далеко за его пределы…
То сентябрьское утро не предвещало трагедии для студентки Томского университета. Позади осталась еще одна неделя занятий, а впереди ее ждала встреча с родителями, проживающими в селе Чумай. Беспокоило одно: так нужный автобус уже ушел, и ей оставалось ждать либо вечера, либо попутного транспорта. Ее стройная фигура привлекла внимание водителя синей «Волги».
- Куда путь держишь, красавица? — выходя из машины спросил он.
- В Чумай.
-О, да нам по пути. Могу подбросить. Вот только переговорю с товарищем, и поедем.
Уже через несколько минут колеса «Волги» шустро наматывали километры пути. По бокам дороги мелькали островки колков в богатом убранстве из золота и пурпура, ласково светило солнышко, катясь по безбрежной лазури неба...
На следующее утро выехавший на колхозное поле тракторист, объезжая сгоревший стожок сена, обнаружил обгоревший до не узнаваемости труп женщины. На место происшествия выехала оперативно - следственная группа, возглавляемая начальником милиции Парахневичем и следователем прокуратуры Горожеевым.
Колесо сыска завертелось. На раскрытие преступления задействовали весь личный состав горотдела. На помощь местным сыщикам из областного аппарата милиции приехали опытнейшие оперативные работники: заместитель начальника областного отдела Угро полковник Григорий Иванович Гриднев и начальник отделения ОУР Юрий Алексеевич Бухаров.
К концу первых суток установили личность убитой и марку автомобиля (синяя «Волга»), на которой она ехала домой и из салона которого помахала рукой встречному автомобилю с односельчанами. Но домой она так и не доехала. Госавтоинспектор Е. С. Шафеева выяснила количество в области синих «Волг» и установила их владельцев. Одна из этих «Волг» принадлежала заведующему отделом сельского хозяйства обкома партии Рудому.
К концу четвертого дня с начала розыска Федору Петровичу удалось найти человека, с которым на привокзальной площади беседовал Рудой. Свидетель подтвердил версию, что вместе с Рудым уехала незнакомая ему девушка и дал ее подробный словесный портрет. Заслуживающая внимания информация поступила и еще от одной опергруппы, установившей свидетелей, видевших, как в тот роковой день водитель синей «Волги» мыл у речки Чебула свою машину.
К этому времени горкому партии стало известно, что в подозреваемые попал крупный партчиновник. Секретарь Мариинского горкома пригласил начальника милиции и Ф.П. Железняка к себе в кабинет, где в не завуалированной форме предложил «не бросать тень на плетень».
- Ты что на партию лжешь?! - стукнув кулаком по столу, крикнул на Железняка секретарь.
На что тот, едва сдерживая гневную дрожь, ответил:
- Бандитам в партии не место.
Но, говоря так прямолинейно, сыщик не догадывался, что нет ничего опаснее, чем пытаться преодолеть пропасть в два прыжка. Это понимание пришло немного позже.
А в это время Горожеев и Бухаров поставили последнюю точку в раскрытии преступления. Осматривая машину Рудого, они обнаружили в ее салоне пятна, похожие на кровь, и, хотя владелец «Волги» пытался доказать, что пятна не что иное, как высохший сок клюквы, приобретенной им накануне в Тяжине, но эксперты дали заключение, что пятна являются кровью человека, совпадающей по группе с кровью потерпевшей. Дальше отпираться было бессмысленно и убийца вынужден был сознаться в содеянном.
Казалось, все встало на свои места, но на защиту своего подчиненного стеной встал первый секретарь обкома партии Ештокин. В запале гнева партийный лидер сказал прокурору области: «Ладно, арестовывайте. Но если только не докажете его вину, то знайте - не сносить вам головы».
Но вину обвиняемому доказали. Доказали, как он издевался над девушкой, как проломил ей молотком голову и как пытался замести следы. Суд признал Рудого виновным в совершении умышленного убийства и приговорил его к исключительной мере наказания - расстрелу. Приговор был приведен в исполнение. Наивные милиционеры верили, что активных участников раскрытия «дела Рудого» ждут заслуженные награды, но по иронии судьбы случилось обратное: Гриднева, Бухарова, Горожеева и Железняка вместо благодарности понизили в должности…
Время стирает обиды и не щадит ни рядовых, ни именитых. От года к году тяжелеет походка Федора Петровича, да и то сказать, 21 год минул, как стал носить новое звание - пенсионер. Но не унывает старый солдат и доблестный страж правопорядка. У него дружная семья, в которой главно-командующим значится Зоя Егоровна, подрастают внуки. И хоть судьба не раз пыталась сломать Фёдора Петровича, но она не стала ему поводырем. Он сам был ее хозяином. Судьба этого человек – не дань прошлому. Она - залог будущему.
Николай Терентьев
1999 г.
Публикация взята из журнала ГУВД Кемеровской области "На страже Кузбасса" № 5-6 2005 год
